Принц Гарри рассказал о многолетней борьбе с депрессией после смерти матери, принцессы Дианы

3 минут чтения

Принц Гарри рассказал о многолетней борьбе с депрессией после смерти матери

Принц Гарри поделился тем, как гибель его матери, принцессы Дианы, повлияла на его психологическое состояние в разные периоды жизни. Об этом он говорил в беседе с нейробиологом Мэри Фрэнсис О'Коннор для обучающего видеокурса "Переосмысление горя: обретение стойкости после утраты".

По словам герцога Сассекского, долгое время он не показывал окружающим, насколько тяжело переживает потерю. На протяжении примерно 15-20 лет на вопрос о самочувствии он отвечал, что всё в порядке. Теперь Гарри описывает тот период как эмоциональное оцепенение и попытку отстраниться от собственных чувств.

Справляться с напряжением ему помогали занятость и высокий уровень адреналина. В 20 лет принц поступил на военную службу. Как он объяснил, армейская жизнь давала возможность сосредоточиться на текущих задачах и не возвращаться мыслями к пережитому.

Осознание того, насколько глубоко утрата повлияла на него, пришло позднее. Гарри рассказал, что после возвращения из Афганистана в 2013 году военные впечатления затронули и прежние травматичные переживания, которые накопились у него раньше. В результате эмоциональная нагрузка стала ощущаться сильнее.

Особенно трудно принцу давались публичные мероприятия. По его словам, они вызывали у него сильную тревогу от начала до конца. Перед выходом к людям Гарри думал о том, как покинуть автомобиль перед камерами, с кем ему предстоит разговаривать и заметят ли окружающие его состояние. Одним из наиболее сильных страхов он назвал опасение вспотеть.

Тревожность проявлялась и в повседневных обстоятельствах. Гарри вспоминал, что даже туго застёгнутый воротник обычной рубашки мог вызывать у него ощущение удушья. По дороге на работу у него случались панические атаки. Принц также говорил, что со временем понял, насколько сильно истощён.

В 2020 году Гарри и его супруга Меган Маркл отказались от исполнения обязанностей старших членов королевской семьи и уехали из привычной среды. Переезд, как объяснил герцог, должен был дать семье возможность передохнуть и обдумать дальнейшую жизнь. Однако вскоре после того, как постоянное напряжение спало, Гарри почувствовал резкий эмоциональный спад.

По его словам, раньше организм долгое время словно поддерживал себя за счёт адреналина. Когда необходимость постоянно находиться в стрессовой обстановке исчезла, принц примерно на две недели погрузился в депрессивное состояние и почувствовал, что без привычного возбуждения не может нормально функционировать.

Участие Гарри в платном образовательном проекте вызвало критику: некоторые пользователи сочли, что он зарабатывает на памяти о матери. В ответ на подобные упрёки принц подчеркнул, что известность и привилегированное положение не отменили его личного горя. "Я принц, ради Бога, но я всё равно скорбел", - сказал он.

История Гарри показывает, что утрата может напоминать о себе спустя годы и проявляться не только в печали. Переживание горя у разных людей протекает по-разному: оно может сопровождаться тревогой, эмоциональным онемением, усталостью, трудностями со сном или приступами паники. Эти реакции не обязательно возникают сразу после трагедии.

Постоянная занятость иногда помогает временно отвлечься, но сама по себе не гарантирует, что боль исчезнет. Когда привычный ритм жизни меняется, подавленные чувства могут стать заметнее. Это не означает, что человек "неправильно" справлялся с утратой: переживание потери редко развивается по чёткому и одинаковому для всех сценарию.

Важную роль может сыграть поддержка близких, готовых выслушать без давления и оценок. Некоторым людям помогает разговор со специалистом по психическому здоровью. Обращение за такой помощью не отменяет самостоятельности и не является признаком слабости - оно может стать способом лучше понять собственное состояние и подобрать подходящие методы поддержки.

Если тревога или подавленность долго мешают повседневной жизни, работе и отношениям, стоит обсудить это с квалифицированным специалистом. По одному публичному рассказу нельзя делать выводы о диагнозе человека, однако открытый разговор о психологических последствиях утраты помогает напомнить: даже спустя много времени переживания могут требовать внимания.

Прокрутить вверх