Юрий Колокольников - о "Полдне" по Стругацким, Голливуде и "Левше"
В приключенческом фильме "Левша" Юрий Колокольников играет изобретателя, которого легко представить героем комикса: он смел, непредсказуем и способен увлечь за собой окружающих. А в сериале "Полдень", продолжающем историю "Обитаемого острова" братьев Стругацких, актер появляется в мире совсем другого масштаба - среди планет, перемен и непростых испытаний. В интервью, впервые опубликованном 22 января 2026 года, Колокольников рассказал о жанровом кино, работе с режиссерами-дебютантами и особенностях игры в железном костюме.
"Левша": приключение, а не стимпанк
Образ фильма "Левша" можно сравнить с комиксом, перенесенным в царскую Россию. Сам Колокольников считает такое определение точным: это историческое приключенческое кино, в котором допустимы условности, характерные для комиксов. При этом создатели не стремились превращать картину в фэнтези.
На раннем этапе проект действительно задумывался в стилистике стимпанка. Первую презентацию режиссера Владимира Беседина актер вспоминает как очень выраженный пример этого направления. Однако со временем от подобной эстетики решили отступить: для ее убедительного воплощения потребовались бы значительные ресурсы и более масштабная подготовка. В результате на первый план вышли историческая атмосфера, Петербург и дух эпохи.
Сам Левша, по словам Колокольникова, напоминает Тони Старка - не супергероя с фантастическим устройством в груди, а изобретателя, за которым интересно наблюдать. Это человек с авантюрной натурой, способный удивлять и вдохновлять. В качестве современного сравнения актер называет Илона Маска.
С литературным первоисточником Николая Лескова фильм соотносится свободно. Колокольников предполагает, что до работы над картиной не читал повесть, и подчеркивает: в экранизации нет части социальных тем, важных для книги. Для него главное в истории Левши - образ мастера, который сумел подковать блоху. В этой знаменитой детали он видит размышление о русском характере, таланте изобретателя и способности человека совершить то, что кажется невозможным.
Режиссер-дебютант и большая кинопроизводственная машина
Работа с начинающими постановщиками, по мнению актера, не обязательно принципиально отличается от сотрудничества с опытными режиссерами. Важнее то, насколько человек увлечен своим фильмом и старается добиться для него лучшего результата. Жанровое кино и авторское высказывание тоже не задают для актера совершенно разных правил: многое зависит от того, какой мир создает режиссер.
Но у дебютантов, отмечает Колокольников, часто заметнее волнение и стремление довести каждую деталь до совершенства. На первом проекте особенно трудно понять, как соотнести творческие желания с реальным графиком съемок. Хочется добавить еще один эпизод, еще один удар меча или повторить сцену, однако работа идет в рамках большой производственной системы.
На "Левше" актер старался поддерживать Владимира Беседина, когда тот переживал, что материал снят не полностью. Колокольников убеждал режиссера, что нужные кадры уже есть и результат выглядит хорошо. По его наблюдению, новичку бывает сложно вовремя остановиться: максимализм подсказывает, что можно улучшить еще очень многое, даже если фильм уже получил необходимый материал.
Как играть человека в железном костюме
В "Волшебнике Изумрудного города" Колокольников воплотил Железного Дровосека. Такая роль предъявляет особые требования: костюм ограничивает мимику, поэтому актеру приходится передавать характер через движения и голос. Физически съемки тоже оказались непростыми.
Дополнительная сложность - необходимость взаимодействовать с персонажами, которые создаются с помощью компьютерной графики. В частности, Лев был нарисованным героем, и актеру нужно было выстраивать игру так, чтобы сцены с ним выглядели естественно. Колокольников сравнивает эту работу с анимацией: он словно оживляет персонажа, только делает это собственным телом и голосом.
Подобный опыт требует концентрации и точного понимания происходящего в кадре. Когда привычные актерские инструменты - прежде всего мимика - почти недоступны, выразительность приходится искать в темпе движения, пластике и интонации. В результате исполнителю важно не только играть свою роль, но и постоянно учитывать виртуального партнера и устройство сцены.
"Полдень": новая глава истории Максима Каммерера
Сериал "Полдень" основан на произведениях Аркадия и Бориса Стругацких и продолжает историю "Обитаемого острова". На момент интервью проект находился на монтаже, поэтому Колокольников не стал делать окончательных выводов о том, каким получился сериал. Однако впечатления от съемок у него были очень сильными: актер назвал материал невероятным и актуальным, а режиссера Клима Козинского - по-настоящему талантливым.
Главный герой, Максим Каммерер, заметно меняется по сравнению с началом "Обитаемого острова". Тогда ему около двадцати лет, а в событиях "Полдня" - уже примерно сорок с лишним, то есть возраст, близкий к возрасту самого Колокольникова. За прошедшее время Каммерер побывал на других планетах и прошел через множество испытаний. Такой временной разрыв позволяет показать не только продолжение приключений, но и человека, которого сформировал прожитый опыт.
По словам актера, материал перекликается с происходящим в современном мире. Фантастическая история здесь становится способом говорить о реальности: о переменах, выборе и последствиях решений. Именно поэтому возраст героя и его прошлое важны не меньше, чем необычная обстановка и масштаб событий.
Выход сериала "Полдень" был заявлен на 1 октября 2026 года. Пока проект оставался на этапе монтажа, о его итоговом облике говорить было рано. Тем не менее Колокольников с теплом отзывался о работе с Климом Козинским и считал встречу с таким режиссером и материалом большой удачей.
Разговор о разных проектах актера показывает, насколько непохожими могут быть задачи в жанровом кино. В одном случае нужно создать изобретателя с комиксовой энергией на фоне исторического Петербурга, в другом - передать эмоции сквозь тяжелый костюм, а в третьем - сыграть героя научной фантастики, прожившего долгую и насыщенную жизнь. Общим остается внимание к характеру и готовность подстраивать актерские средства под устройство конкретного фильма.
