Оксана Самойлова рассказала, почему решила сделать развод с Джиганом публичным
Блогер и предприниматель Оксана Самойлова объяснила, почему решила говорить о расставании с рэпером Джиганом, которого также зовут Денисом Устименко-Вейнштейном, в формате реалити-шоу. В интервью Ксении Собчак она назвала публичность способом не отступить от собственного решения и защититься от давления, которое, по ее словам, годами мешало завершить отношения.
Самойлова рассказала, что муж убеждал ее: если она уйдет, то разрушит семью. Из-за этого, как утверждает блогер, она испытывала чувство вины, несмотря на поступки супруга, которые считала недопустимыми. Когда Оксана пыталась заговорить о разводе, Денис, по ее словам, просил забыть об этом и не воспринимал намерение всерьез.
Похожие кризисы, отметила Самойлова, возникали и раньше - в 2020 и 2022 годах. Тогда она уже понимала, что отношения зашли в тупик, однако решимости довести дело до конца ей не хватало. По словам блогера, без внимания публики она опасалась вновь поддаться уговорам и отказаться от своего решения.
Еще одним мотивом для открытого формата стали опасения Самойловой, связанные с реакцией бывшего мужа. Она заявила, что у Джигана бывают вспышки агрессии, которые, по ее оценке, он не всегда контролирует. Конкретных ситуаций в интервью Оксана не описала, добавив лишь, что проявления могут быть разными. Эти слова являются утверждением самой Самойловой.
Обсуждая детей, блогер сказала, что хотела бы добиваться единоличной опеки, хотя этот шаг дается ей тяжело. "Я ужасно не хочу это делать, но у меня уже нет выбора", - пояснила она. Вскоре после записи интервью Самойлова подала в Савеловский районный суд Москвы иск об ограничении родительских прав бывшего супруга.
В беседе с Собчак затронули и раздел имущества. Самойлова сообщила, что Джиган согласился передать ей почти все имущество в соответствии с брачным договором, который пара подписала в 2020 году. По словам Оксаны, тогда она хотела проверить искренность чувств мужа. Позже, когда встал вопрос о разделе собственности, у нее уже не было сил добиваться семейного дома через суд.
Решение сделать семейный кризис частью публичного проекта Самойлова описывает не как стремление превратить личную жизнь в развлечение, а как способ закрепить намерение расстаться. В ее изложении реалити-шоу должно было сделать происходящее очевидным не только для самой пары, но и для окружающих - и тем самым усложнить возвращение к прежнему сценарию.
Публичность, однако, не отменяет необходимости решать практические вопросы: определить порядок общения с детьми, договориться о содержании семьи и оформить имущественные отношения. Если согласия достичь не удается, эти вопросы рассматриваются отдельно в установленном законом порядке. Сам факт участия в реалити-шоу не предрешает решения суда и не заменяет юридических процедур.
Для детей развод родителей может стать серьезным испытанием, особенно когда конфликт обсуждается публично. Поэтому в подобных ситуациях важно отделять вопросы взрослых от потребностей ребенка и по возможности не вовлекать его в выяснение отношений. Участие в судебных спорах о родительских правах также не означает автоматического прекращения общения: конкретные решения принимаются с учетом обстоятельств дела и интересов детей.
Не менее сложной частью расставания становится раздел имущества. Брачный договор может заранее установить, кому принадлежат активы и как они распределяются, если супруги решат разойтись. Но его условия не снимают всех возможных разногласий: бывшим партнерам может потребоваться отдельно обсуждать жилье, расходы на детей и исполнение договоренностей.
В своем интервью Самойлова связала публичный формат именно с личной необходимостью не отступить от выбранного пути. При этом озвученные ею оценки поведения бывшего супруга и обстоятельств семейной жизни остаются ее версией событий. Судебные решения и дальнейшее развитие ситуации зависят от рассмотрения конкретных требований и представленных сторонами материалов.
